ЕЖЕНЕДЕЛЬНОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ ИЗДАНИЕ 18 июля 2010
Найти:

НОВОСТИ




ПОЛИТИКА




ЭКОНОМИКА




КРИМИНАЛ




ОБЩЕСТВО




СПОРТ




КУЛЬТУРА




ВЕСЬ МИР




  • Последние известия
    12 ноября 2001 »
    18 ноября 1997 »
    20 июля 2002 »
    22 июня 1999 »
    13 марта 2004 »
    1 июня 2002 »
    1 августа 2000 »
    5 февраля 2002 »
    20 июля 2004 »
    20 апреля 1999 »
    6 августа 2002 »
    26 октября 2001 »
    29 мая 1997 »
    22 сентября 1998

    КРИЗИС НЕПЛАТЕЖЕЙ ПРИВЕЛ К РОСТУ БАРТЕРНОЙ ТОРГОВЛИ.

    Североамериканские компании в текущем году поставят по бартеру товары и услуги на сумму 7,5 млрд. долл., что на 8% выше показателя прошлого года. По данным одной из ведущих в мире компаний встречной торговли "Этвуд Ричардс", кризис неплатежей в Азии и России вынудит перейти на бартерные расчеты примерно 300 тыс. компаний, включая те, которые входят в список 500 крупнейших корпораций, публикуемый журналом "Форчун". Среди них "Дженерал электрик", "Пепси", "Дженерал моторс", "Катерпилер" и "Боинг".

    Рейтер.




    ПОЛИТИКА


    13.05.1997

    Сколько денег нужно России?.

    Переход российской промышленности на финансовое самообеспечение, - или, если угодно, на финансовое самогоноварения - стал самой яркой чертой финансовой жизни пореформенной России. Достаточно ли денег в экономике? И если да, то почему предприятия пекут их сами? Такой вопрос мы задали Кахе Бердукидзе - одному из известных российских промышленников, и Сергею Алексашенко, первому зампреду Центробанка, ответственному за кредитно-денежную сферу.

    И тот и другой сошлись в одном, покончить с нехваткой зарплаты, напечатав больше денег, невозможно. Точно так же, как невозможно решить жилищную проблему, постановив считать, что отныне в одном метре содержится двадцать сантиметров. Реальная жилплощадь и реальная покупательная способность от этих манипуляций не изменятся.

    А вот взгляды промышленника и финансиста на причины кредитно-денежной дистрофии, постигшей металлургов, нефтехимиков и прочих шахтеров, оказались диаметрально противоположными.

    Раньше у нас был деревянный рубль, а теперь - деревянные цены.

    Много или мало денег в экономике? Из отвлеченного спора этот вопрос стал политическим. Существуют две крайние точки зрения. Первая - денег в экономике не хватает, доказательством чему - неплатежи и невыплаты зарплаты, и потому их надо подпечатать. Вторая - денег в экономике столько, сколько надо, просто мы производим плохие товары, которые продать нельзя, а можно только обменять на такой же плохой товар другого производителя. А бюджет пустой, потому что налогов не платят красные директора, которые все деньги прячут в зарубежных банках.

    Однако вопрос неправильный. Потому и ответы неправильные.

    Вообразим ситуацию, когда в экономике будет обращаться всего десять рублей. Если цены могут снижаться свободно, скоро окажется, что средняя зарплата - это одна стотысячная доля копейки, а бюджет какого-нибудь крупного региона достигнет пятидесяти копеек. Правда, такой эластичности цен в реальности не бывает.

    И чем менее эластичны цены, тем больше ощущается "неправильное" количество денег. Тут уместно будет вспомнить наше недавнее советское прошлое, когда денег было много, а товары стоили дешево. Результатом несоответствия денежной массы и товарной был товарный дефицит. И час в нашей экономике все повторяется как в зеркале. Когда промышленники говорят о том, что денег не хватает, они интуитивно ощущают расхождение между количеством денег и стоимостью продукции. Если раньше "деревянным" был рубль, то сейчас "деревянными" стали цены. В 1970-х рубль деревенел от цен, назначенных партией и правительством, теперь - от тарифов, установленных крупнейшими монополистами, и налоговой системы, запрещающей снижение цен.

    Кроме того, есть еще несколько причин, почему денежная масса у нас "не совсем такая". Это и неразвитость межбанковских отношений, и разорванность разных участков денежного обращения. В России какие-то деньги обращаются на рынке наркотиков, какие-то - на рынке штанов, какие-то - на рынке ГКО, но с рынка на рынок они переходят с трудом. И с этой точки зрения не совсем корректно оперировать в отношении к России таким хрестоматийным показателям, как М2 (сумма наличных денег плюс деньги на расчетных и корреспондентских счетах) - ведь компоненты денежной массы моно складывать , только если они обращаются на одном рынке.

    Особенно ощущается недостаток средств в индустрии.

    Почему наше производство страдает от нехватки денег, или, говоря другими словами, имеет отрицательный поток наличности? То есть денег из него вытекает больше, чем втекает?

    Давайте рассмотрим всю промышленность как одну большую корпорацию. Откуда она получает деньги? От продажи продукции, банковских кредитов и инвестиции в капитал. На что она тратит деньги? На закупки сырья и материалов, возврат кредитов, налоги и на заработную плату. Что происходит в нормальной экономике? Деньги, выплаченные по кредитам, возвращаются из банковского сектора новыми кредитами. Большая часть зарплат и пенсий тратится на покупки (т.е. возвращается в производство), меньшая часть уходит в сбережения, т.е. оказывается в банках или инвестиционных фондах и превращается в новые кредиты или инвестиции. А у нас?

    У нас этот круг разорван. У нас сбережения тоже хранятся в банке - только эта банка стеклянная. Это означает, что деньги уходят из промышленности и не возвращаются обратно. Если в нормальной экономике сумма сбережений увеличивает кредитные ресурсы банковской системы, то у нас сбережения уменьшают кредитные ресурсы банковской системы. Понятно, что если из трубы А все время из бассейна вытекает больше, чем втекает из трубы Б, бассейн рано или поздно высохнет.

    В нормальной экономике много сбережений означает высокую инвестиционную активность для реального сектора, а у нас смерть промышленности. Поэтому, может быть, нам надо стимулировать не сбережения, а потребление.

    Это мы рассматривали промышленность в целом. А если мы разделим промышленность на монополистов и всю остальную индустрию, - то увидим, что внутри монополистов втекает как правило больше, чем вытекает. Тогда понятно, что вся остальная промышленность хиреет еще быстрее.

    Понятно, что в таких условиях промышленность вынуждена заниматься собственным эмиссионным финансированием за счет неплатежей.

    И директор предприятия, который ниоткуда не может взять деньги, мечется и тоскует, и понимает, что денег в промышленности недостаточно. Хотя из этого не следует, что их надо напечатать.

    Для промышленности, которая не работает на потребителя, деньги оказываются слишком дорогим ресурсом

    Сергей АЛЕКСАШЕНКО, первый зампреда Банка России

    Вопрос "достаточно ли денег в экономике" не задает ни один компетентный экономист. Экономика предъявляет спрос на деньги в том объеме, в котором они существуют. Деньги - это такой же ресурс, как и все другие. На рынке денег есть спрос и есть предложение, и сколько российской банковской системе нужно рублей, столько она их и имеет.

    Причем в отличие от того, что творилось пять лет назад, у рубля есть конкретная цена: если у тебя есть доллар, ты можешь получить за него 5740 руб. Если не хочешь расставаться с долларом, приходишь в Центральный банк и берешь ломбардный кредит под 24% годовых. Если банки не просят у ЦБ больше денег, значит, для той экономики, которая сложилась (и которую я не склонен идеализировать), рублей больше не нужно.

    Сторонники теории нехватки денег часто говорят: "Если 70% расчетов в экономике осуществляется путем бартера, это и значит, что денег недостаточно".

    Но эта замечательная цифра относится не ко всей экономике. В бывшей государственной экономике на неплатежи приходится и все 80%, а в новообразовавшемся частном секторе 100% расчетов идут в деньгах. Там нет проблемы неплатежей и задолженности. Я сто-то не видел, чтобы 27 марта работники банков вышли на улицу с жалобами, что им не платят зарплату.

    Если же говорить о промышленности - то подавляющая ее часть руководится теми же людьми, что и 15 лет назад. Они выросли при системе, которой деньги были вообще не нужны. Все распределялось Госпланом, и если бы не необходимость выплачивать зарплату, все те предприятия могли бы общаться друг с другом без использования денежных знаков.

    Часто жалуются на невыносимые налоги, отсутствие правовой инфраструктуры и прочие проступки правительства, повергающие российскую экономику в пучину неплатежей.

    Но есть две крупные американские компании, которые прекрасно действуют на нашем рынке, платят все налоги и зарабатывают огромную прибыль, - это "Макдоналдс" и "Кока-кола". Они не знают, что такое проблема неплатежей, потому что они производят товар, пользующийся спросом у потребителя.

    Давайте зададимся вопросом: а какой такой интересный отечественный товар появился на рынке, чтобы я как потребитель захотел его купить? Я не знаю. Я не хочу покупать сталь. Я не хочу покупать танки, автоматы, и подводные лодки. Я не хочу покупать недееспособные "Жигули". А вот велосипед я хочу купить, но хорошего отечественного велосипеда я не вижу.

    Но если вы производите товар, который никому не нужен, почему вы считаете, что у вас должны быть деньги? Кто вам за этот товар будет платить?

    Для промышленности, которая готова работать на кого угодно, кроме как на потребителя, деньги оказываются слишком дорогим ресурсом. Чтобы получить кредит у банка, надо что-то выдумывать, представлять планы, платить проценты - и предприятия не идут в банк за кредитом (а коммерческие банки, соответственно, не просят кредит у ЦБ). Вместо этого ни сами становятся эмитентами квазиденег. При этом у них, как в МММ, появляется шанс быть первым. Первый выигрывает, последний проигрывает. И это желание обыграть всех движет эмитентом неплатежей. Понятно, что для экономики в целом это игра с нулевой суммой: сколько выиграли одни, столько проиграли другие.

    Наши директора очень умело переводят ответственность за невыплаченную акционерными обществами зарплату на правительство. Если директору это удается, он может не платить рабочим: все равно он в едином строю со своими работниками идет протестовать против политики правительства и говорить, что мало денег, поэтому он не может платить зарплату. Но, как выясняется, для того, чтобы построить себе особняки, у каждого директора денег хватает.

    Разумеется, государство тоже играет в этой системе не совсем приличествующую ему роль. Если государство не может истребовать с предприятия налогов, а рабочие - зарплаты, то кто будет рассчитываться с поставщиком деньгами? Если государство не в состоянии обанкротить АЗЛК, который четыре года не платит в бюджет - то чего говорить о налогах?

    Часто говорят, что банки вкладываются в финансовые рынки, а в реальный сектор вкладываться не хотят. Тут остается только цинично сказать: и правильно делают.

    Банк - это достаточно специфическая организация, которая берет деньги взаймы и отдает их в долг от своего имени. В отличие от финансовой компании, оперирующей деньгами клиентов, весь риск по обязательствам банка ложится на банк.

    Банк должен следить за совпадением сроков привлечения своих ресурсов и выдачи своих кредитов. Если банк будет за счет двухнедельных депозитов населения выдавать ссуды на два года - высока вероятность того, что он обанкротился и вкладчики потеряют свои деньги. Поэтому ни один банк в твердом уме и трезвой памяти это делать не будет и не должен.

    Вторая проблема, с которой банки постоянно сталкиваются при кредитовании реального сектора, заключается в том, что молодые и не очень крупные банки России просто не справляются с теми объемами ссуд, которые требуются российским промышленным гигантам. Банк, кредитующий партнера, очень быстро нарушает норматив предела риска на одного заемщика.

    Из этой ситуации есть два выхода. Во-первых, синдицирование кредитов, в результате чего один заемщик получает кредит не от одного, а от нескольких объединившихся для этого банков.

    Во-вторых, должен быть создан вторичный рынок обязательств заемщика. Во всем мире эта проблема решается через выпуск облигаций. Облигации - это и есть разделенный на мелкие части долгосрочный заем, и там, где существует развитый рынок корпоративных ценных бумаг, возникает и возможность продать требование на заемщика и обеспечить себе необходимую ликвидность.

    Конфликт Центрального банка с Федеральной комиссией по ценным бумагам отчасти с этим и связан: если ФКЦБ запрещает банкам работать на финансовом рынке, то эта схема становится неосуществимой, а российская экономика может распрощаться с надеждой на кредиты.











    Редактор отдела
    Марина Хлебная
    «Наши новости из первых рук!»






  • Проишествия
    7 мая 2002

    Последние приготовления к параду Сегодня в шесть часов утра на площади Октябрьской Революции состоится генеральная репетиция парада, посвященного Дню Победы.

    Принимать парад будет начальник крайвоенкомата Александр Безюкевич. В репетиции, как ожидается, примут участие военнослужащие Краснодарского авиационного института, ракетчики, курсанты училища имени Штеменко. Кроме того, свою лепту в предстоящее действо внесут курсанты Краснодарского юридического института.


    Реклама на сайте | О сайте | Подписка on-line | Редакция

    Copyright © Newsgard